Тридцать пятой — залп!

23 октября в Севастополе состоялась конференция, на которой создан Всеукраинский союз писателей-маринистов. Людей, отдавших сердце морю и не расстающихся с ним, даже сойдя на берег. Людей чести и долга, практической сметки и быстрого пера. Так что к моменту официального провозглашения на счету у членов Союза уже достаточно творческих свершений.
Среди них — серия книг, изданных Сергеем Смолянниковым и Виктором Михайловым — капитанами 1-го ранга запаса, закаленными Тихим океаном и Севером, отыскавшими свое место в строю писателей, воспевающих море и его героев. Почетное место на авторской полке занимает и работа «Веду бой… за правду», изданная в этом году. Не слишком толстое (каких-то 190 страниц), не тиражное, не прибыльное («Книга не реализуется через коммерческую сеть», — предупреждают авторы) издание. Зато с богатейшими иллюстрациями и — главное!!! — содержанием.
Ведь фундаментом работы стали воспоминания командира легендарной 35-й батареи Береговой обороны капитана Алексея Лещенко. И закономерно, что именно сюда — на мыс Херсонес — авторы книги, участники съезда, среди которых и сын комбата Валерий Алексеевич, в канун 67-й годовщины начала обороны Севастополя пришли почтить память её героев.

Воспоминания Лещенко — волнующий, поучительный и мобилизующий документ.
35-й — сверхсекретной, суперсовременной, названной моряками «неподвижным линкором» — он отдал большой кусок жизни, прополз подземными штреками от наводчика орудия до последнего комбата. 7 ноября 41-го он впервые дал команду «Огонь!», и смерч из четырех 305-ти миллиметровых стволов двух башен смял фашистские орды, пытающиеся штурмом взять Севастополь. А еще перед тем, построив весь личный состав батареи (300 человек), комбат объяснил необходимость отрядить часть бойцов для защиты города с суши, сообщил, что нужно 60 человек, и приказал: «Добровольцы, два шага вперед». Два шага, вспоминал позже комбат, сделала вся батарея… На немецких картах (изданная в Берлине в 43-м книга недавно в переводе на русский язык вышла в Москве) был отмечен «Форт Максим Горький-2». На него сыпались бомбы, его обстреливали сверхмощные орудия: 420-мм, позже 600-мм «Карлы» и даже бесполезная с военной точки зрения, но психологически устрашающая 800-мм «Берта». А он, вернее, она — 35-я батарея крушила врага. К декабрю 41-го ресурс орудий первой башни был исчерпан на 125%. Замена стволов, технически, казалось бы, немыслимая (вес ствола 152 тонны, менять нужно скрытно, под огнем, без специального оборудования), была произведена в сроки, не предусмотренные никакими техническими регламентами. Что поделаешь — война выдвигает иные требования. И еще 140 выстрелов по врагу совершила первая башня. Был страшный момент. 17 декабря 41-го во второй башне произошел взрыв, погибли краснофлотцы. Хорошо еще, что флотские артиллеристы подоспели вовремя и не дали сверхретивым особистам пустить комбата «в расход». Ничего не поделаешь — война. И она все расставляла на свои места. 18 июня 42-го 35-я батарея Береговой обороны стала гвардейской. А затем они вновь открывали огонь, заставляли отступать врага и захлебывались своей кровью. Последние дни обороны Севастополя наполнены эпосом. И еще — недосказанностью всей правды. А она величественна. К утру 1 июля все фугасные и бронебойные снаряды израсходованы. Стреляли практическими — чугунными болванками. Когда гитлеровцы оказались в двух километрах от батареи, пустили в ход остатки — 6 шрапнельных снарядов. Все… В 00 часов 30 минут комбат Лещенко отдал последний приказ. Первым был подорван правый КП батареи, в 00.45 — 1-я башня, в 00.55 — 2-я, затем центральный пост управления, другие помещения. К 2 часам ночи 35-я, не сдавшаяся врагу, перестала существовать. Но оборона на этом последнем клочке Севастополя продолжалась до последнего. Мало кому выпало счастье выжить. Лещенко — среди них… Есть знаменитая песня фронтовых лет «Заветный камень». Это о нем. Когда уходили из Казачьей бухты последние сторожевики, два матроса с 35-й силой забросили на борт своего контуженого комбата. И он, пройдя Закавказский фронт, в победном мае 44-го вновь вернулся в освобожденный Севастополь, побывал на руинах своей батареи. А затем, послужив на Дальнем Востоке, осев на гражданке в Киеве, всю оставшуюся жизнь посвятил поиску своих боевых побратимов — живых и, такова уж военная доля, павших. В книге «Веду бой… за правду» авторы дают нам возможность прикоснуться к многолетнему кропотливому поиску комбата Лещенко, к борьбе против лакировки событий, елейного умащения фактов. Правда ничего этого не требует. Правда 35-й батареи — в ее подвиге.
Может быть, величайшим достижением Алексея Лещенко является приведенный в книге собранный им по крупицам список личного состава 35-й батареи — от командиров до краснофлотцев. А еще сохраненная память, позволившая за последние два года создать уникальный не только для Севастополя, для всей Украины, мемориальный комплекс 35-й Береговой батареи. Он в процессе дальнейшего развития, к двум уже открытым маршрутам к 65-летию Победы ожидается новый. В ходе раскопок найдены останки десятков советских воинов, один смертный медальон дал возможность родным в Херсонской области узнать, как погиб солдат, числившийся десятилетия «пропавшим без вести», документы партийной и комсомольской организаций. Ну об этом музее мы еще будем говорить и говорить. Как и о подвиге Севастополя. Ведь тема героизма неисчерпаема. И отрадно, что ее освещение получает мощное информационное подкрепление в лице Союза писателей-маринистов, заметную роль в котором играют Сергей Смолянников и Виктор Михайлов.

Автор:Виктор МАЗАРОВ

Но, поверь, читатель, мы не себя прославляем, а тех, кто этого достоин, тех, кто, отдав свою жизнь на «Заветном утесе» или сохранив «Заветный камень» достоин того, чтобы о них знали и помнили. Тем более что в благодарной работе по увековечиванию памяти павших на Мемориале «35-я батарея» участвуют тысячи таких, как и мы, киевлян, москвичей, питерцев, мурманчан, смолян, туляков, минчан, кустанайцев, ашхабадцев, волгоградцев, ставропольцев, махачкалинцев, ереванцев и, конечно же, севастопольцев. Мы лишь частичка их и труд наш, также частичка в этом массиве памяти. Но речь не об этом, точнее, не только об этом, но и о деле, имя которому — подвиг. Благодаря стараниям исследователей, военных археологов, историков, журналистов, энтузиастов-поисковиков, а также многочисленной армии небезразличных к своему героическому прошлому, подвиг последних героев «черноморской твердыни» на пятачке 35-й батареи сегодня получил не только признание, но и воплощение в Мемориал Памяти. И сегодня, стараниями всех тех, кому дорога память героев Херсонеса, имя «35-я батарея» стало известно всей стране. Город-герой Севастополь — это уникальное явление мировой истории и культуры. Построенный на земле, пропитанной духом аланов и киммерийцев, тавров и скифов, греков, византийцев, а с пятнадцатого столетия и османов, которые более трехсот лет хозяйничали в Балаклаве, Севастополь явился миру в начале девятнадцатого века вполне европейским городом. Он создавался как база Черноморского флота России, форпост ее южных морских рубежей. Город пережил две тяжелейшие войны, вынес две осады, дважды был разрушен до основания и дважды возрожден из руин. Имя его во всем мире признано символом мужества и героизма, ибо два века русской кровью писалась историческая летопись Севастополя и Черноморского флота. А летопись Севастополя — это нескончаемое количество событий, научная, политическая, общественная или военно-историческая значимость которых далеко выходит за рамки региональных и даже государственных. Массовый героизм, самоотверженное мужество защитников города, бойцов Приморской армии, моряков Черноморского флота и жителей города, особенно в период обороны города 1941-1942-х, снискали уважение мировой общественности. Подвиг Севастополя — это не только ратный подвиг моряков, воинов-приморцев, летчиков, героически защищавших родной город, это и великий подвиг его жителей. И те, кто трудился в городе, и те, кто оборонял его, были бойцами. У них была одна жизнь, одна судьба.

Комментарий НА "Тридцать пятой — залп!"

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*


*

code