Вениамин Левицкий. «Плавание по Киевскому морю»

Небольшой катер с Александром Васильевичем, мной и ещё двумя преподавателями с кафедры кораблевождения  отправился в плавание по Киевскому морю. Погода была хорошая, море спокойное. Катер лихо вёл матрос-моторист из дивизиона обеспечения. Звали его Володя. Через некоторое время мы дошли до фарватера, затем пошли севернее его и вскоре увидели противоположный берег. Решили подойти поближе к берегу. И когда до него оставалось километра три, двигатель нашего катера вдруг заглох. Моторист Володя несколько раз пытался запустить его – бесполезно. Кто-то посоветовал посмотреть уровень топлива – стрелка указателя была на нуле! Видимо, решение «старшего на рейде» отправиться в плавание на катере была для моториста неожиданным, впопыхах он не убедился в наличии достаточного количества топлива для двигателя, и как результат – дрейф в открытом море на достаточно приличном расстоянии от берега (и от базы мы отошли на несколько километров).

Связи с берегом не было, сообщить о случившемся мы не могли, поэтому на помощь рассчитывать не приходилось. Оставался единственный вариант, который предложил моторист, чувствуя свою вину: добраться вплавь до берега и каким-то образом раздобыть топливо (двигатель катера работал на керосине).  Как я уже говорил, до берега было километра три. Отпускать вплавь одного матроса было рискованно, поэтому я вызвался отправиться вместе с ним. Мы с Володей надели спасательные жилеты и вплавь отправились на берег. Плыли довольно долго. Не знаю, как это Володе удалось: на берегу он довольно быстро нашёл какого-то тракториста, раздобыл у него канистру с керосином, договорился с рыбаками о лодке, пообещав её вернуть. На лодке мы добрались до катера (благо поднявшимся ветром его приблизило к берегу). Моторист залил в бак керосин, попытался завести двигатель… Двигатель не заработал… Случилось самое неприятное: ещё раньше моторист «сжёг» стартёр, поэтому дело было уже не в отсутствии топлива…

Погода начала портиться (Киевское море отличается своей коварностью, быстрой переменой обстановки: только что был штиль – и вдруг начинается сильное волнение, переходящее в шторм)… Поднялся ветер… Катер стало ещё больше относить к берегу… Бросили якорь, но он работал плохо…

А в это время на нашей водно-спортивной базе в Лютеже разворачивались свои события… С момента ухода катера с Александром Васильевичем Забояркиным, тремя офицерами и матросом-мотористом прошло много времени… Катер не возвращался… Поняли, что с ним что-то случилось… Командир дивизиона обеспечения принял решение отправить на поиски нашего катера один из больших катеров типа «Ярославец», находящихся у него в подчинении… Кроме команды катера в поисках приняли участие ещё несколько офицеров кафедры кораблевождения… Через некоторое время к общей радости нас обнаружили… Узнав, что случилось, было решено взять наш катер на буксир… Но прежде нужно было вернуть  рыбакам взятую у них лодку… Пока отбуксировали на берег лодку, стемнело… Погода испортилась окончательно… Волны усилились… «Ярославец» взял на буксир наш катер и направился в сторону базы… Все офицеры перебрались на большой катер, а я и  моторист Володя  остались на нашем малом катере, расположившись в небольшой каюте на диванчиках… Задремали… Через некоторое время мне показалось, что по времени мы должны были уже вернуться на базу. Я выглянул из каюты. С удивлением обнаружил, что находимся всё ещё где-то на фарватере посередине моря… «Ярославец» совершал какие-то непонятные движения в разных направлениях… Как потом мне рассказали, объяснялось это тем, что, дойдя до фарватера, из-за усиливающегося ветра и разыгравшегося на море шторма командир «Ярославца» вдруг потерял ориентировку. Он принял какие-то огни на противоположном берегу за огни нашей базы и направил катер не в ту сторону. Поняв свою ошибку, он окончательно запутался, т.к. огней на берегу вообще не стало видно. Подключились офицеры кафедры кораблевождения (бывшие командиры кораблей и штурманы), которые поднялись на ходовой мостик катера и стали давать свои рекомендации. Как часто бывает, мнения были разные. Один из них предложил простой выход: выйти на фарватер, найти маркировочные буи, и по их номерам точно определить направление движения – наша база должна была находиться юго-западнее от предполагаемого местонахождения катера. Так и сделали: дошли до буя с номером, к примеру, 96, от него пошли по фарватеру до следующего буя, номер которого по расчётам должен быть 95, т.к. номера буёв уменьшались в сторону юга. К своему удивлению обнаружили буй номер 97. Все решили, что пошли не в ту сторону. Командир «Ярославца» развернул катер на 180 градусов… Дошли обратно к бую 96, от него – к следующему, полагая, что это будет буй 95. Так и случилось. Все облегчённо вздохнули, но какое их постигло разочарование, когда оказалось, что на следующем за ним буе стоял номер 98..! Поняли, что при установке навигационных знаков произошла ошибка… Катер снова развернули…

Только глубокой ночью мы  наконец-то вернулись на базу… А в это время на базе по приказу начальника училища контр-адмирала Н. Каплунова, которому доложили об исчезновении в Киевском море двух училищных катеров с офицерами и матросами на борту, готовилась крупномасштабная операция с выходом в море всех плавсредств дивизиона обеспечения базы… Но всё обошлось… (Впрочем, у капитана 1 ранга Александра Васильевича Забояркина в связи с этим происшествием были неприятности)…

Самое интересное в этой подлинной истории было то, что на «Ярославце» был магнитный компас, о  котором почему-то никто не вспомнил…