СЕРГЕЙ НИТКОВ — ОХОТА ЗА СУБМАРИНОЙ

A starboard view of the Chinese Navy Han class nuclear-powered attack submarine No. 405 underway.

«Холодная война» с военной точки зрения представляла собой не только ракетно-ядерное сдерживание,  но и противостояние сторон в локальных «сражениях».

И на море перманентно шла малозаметная, но упорная борьба подводных и противолодочных сил, в ходе которой время от времени разыгрывались нешуточные гроссмейстерские партии тактического характера. Подводники имели фору в дальности обнаружения и классификации противника благодаря особенностям водной среды, противолодочники же были более маневренны и к тому же не столь обременены необходимостью скрытности действий. Вот почему их баталии напоминали дуэль, несмотря на, как правило, численное превосходство надводных кораблей.

Одним из офицеров прошедших командирское становление в горниле «холодной войны» был и герой этого рассказа  – Ковшарь Александр Васильевич. Усвоив первые уроки службы в должности командира группы управления зенитно-ракетным огнем на ракетном крейсере «Грозный», бывшим в ту пору инициатором всевозможных соревнований и одним из лучших кораблей Черноморского флота, где даже матросы обращались к старшинам по воинскому званию и на «вы», Александр Васильевич был направлен на офицерские классы подготовки командиров кораблей. После их успешного окончания он получил назначение на большой противолодочный корабль «Скорый», где принял должность старшего помощника командира. Именно здесь Ковшарь приобрел навыки и опыт противолодочной борьбы, позволившие ему сделать блестящую карьеру офицера и в конечном итоге стать контр-адмиралом. Но на сложном пути профессионального становления бывало всякое.

***

Уже не один день «Скорый» патрулировал в заданном районе западнее Сицилии, пытаясь поймать удачу и обнаружить подводную лодку вероятного противника. Капитан-лейтенант Ковшарь нёс ходовую командирскую вахту на главном командном пункте, когда убаюкивающую тишину нарушил доклад акустика:

– Цель подводная.  Эхо-пеленг  такой-то, дальность такая-то.

Старпом встрепенулся и мигом покинул кресло. Ещё бы, сегодня и на его улице будет праздник – первой в его карьере самостоятельной охоты за подлодкой. Срывающимся от волнения голосом, он прокричал в микрофон:

– Акустик! Поддерживать контакт!

Старпом поспешил доложить командиру, отдыхавшему в каюте, что обнаружен контакт с подлодкой противника. Тот тут же объявил тревогу на корабле.

В ходе поддержания контакта неумолимо прибавлялись классификационные признаки. Акустик докладывал, что отмечает характерное маневрирование, скорость патрулирования по курсу и глубине и ряд других параметров и характеристик, которые тянули на атомоход. Из десяти признаков совпадали все, кроме одного – не было металлического оттенка в отражаемом сигнале.

С прибытием командира на ГКП Александр Васильевич произвёл ему доклад:

– Товарищ командир, все классификационные признаки контакта с подводной лодкой совпадают, за исключением одного – нет металлического оттенка в отражаемом сигнале.

Командир, снисходительно улыбаясь, отреагировал следующим образом:

– Старпом, а ты не предполагаешь, что корпус лодки с резиновым покрытием?

Не успел капитан-лейтенант Ковшарь отреагировать на слова командира, как прошел доклад акустика:

– Наблюдаю разделение цели!

Командир тут же прокомментировал:

– Лодка применила ГПД – имитаторы.

Обстановка усложнялась, поэтому старпом поспешил на своё штатное место, на центральный командный пункт, располагавшийся ниже ватерлинии в глубине корпуса противолодочного корабля.

И заработал отлаженный множеством тренировок противолодочный расчёт ЦКП, производя действия по поиску и уничтожению подводного противника. В это время Александр Васильевич с удовлетворением подумал, что не зря он так тщательно изучал приемы противолодочной борьбы на командирских классах. Сейчас ему как никогда пригодятся эти знания, ведь сегодня наступил момент, когда теория должна органично перейти в практику. Главной задачей было — как можно дольше удерживать контакт с субмариной и произвести её условное уничтожение.

Боевой ритм надводного корабля, заарканившего подлодку, задавали команды и доклады, проходившие по боевой трансляции.

В динамиках раздался хорошо поставленный с налётом хрипотцы баритон командира:

– Контакт с подводной лодкой утверждаю. Поддерживать контакт.

Противолодочный расчёт вошел в режим боевой работы.

Постороннему человеку показалось бы, что перегруженная боевая трансляция от напряжения раскалилась докрасна. От какофонии бесконечных докладов голова шла кругом. Можно было только удивляться, как командование корабля справляется со всем этим объёмом информации.

Акустики докладывали пеленг на лодку. Штурман – курс и скорость корабля. Об отсутствии посторонних надводных целей в районе доложил командир БЧ-7, а минёр — о подготовке противолодочного оружия. Механик сообщил о переводе всех технических средств на малошумный режим работы, командир БЧ-2 — о готовности к отражению атак воздушного противника. Почувствовав опасность, лодка начала маневрировать, меняя скорость и глубину погружения. Но, попав в цепкие лапы профессионалов, не могла никуда деться. Когда последовал доклад командира БЧ-3 о готовности противолодочного оружия к применению, капитан-лейтенант Ковшарь, как зачинщик погони за атомоходом, уже начал мысленно сверлить на кителе дырку под награду.

Противолодочники не оставили подводникам ни единого шанса, им не помог скрыться даже  имитатор подводной лодки. Наших на мякине не проведешь.

Торпеды уже были готовы к боевому применению. Оставалось дело за малым – командой командира.

Противолодочный расчет максимально собрался, услышав команду: «Торпедные аппараты товсь!». Осталось поставить финальную точку в этом драматическом противостоянии.

Но вместо команды «Залп!» в динамике на ЦКП отчетливо прозвучали слова командира: «Старшему помощнику прибыть на ГКП!» Все, кто был в помещении, устремили взор на капитан-лейтенанта Ковшаря. В ответ он лишь пожал плечами, и сам, озадаченный не менее остальных, теряясь в догадках, скорым шагом помчался на главный командный пункт к командиру.

Переступив комингс в помещение ГКП, Александр Васильевич увидел командира стоящим на правом крыле ходовой рубки. Встречный поток свежего воздуха незлобиво трепал отворот его куртки. На немой вопрос старпома он красноречиво показал перстом правой руки в сторону моря и спокойно сказал: «Вон твои подводные лодки». Проследив взглядом куда указывал старший товарищ, капитан-лейтенант увидел пару китов, игриво скользящих по глади моря. Они словно дожидались момента, чтобы продемонстрировать себя в полной красе молодому старпому. Не прошло и полминуты, как киты дружно погрузились в воду и снова стали опускаться на глубину. Вместе с ними стали призрачными и окончательно растаяли мечты о наградах.

Отметив сильное разочарование на лице старшего помощника, командир решил его поддержать:

– Александр Васильевич! Да не расстраивайся ты так. Будет на твоем веку ещё не одна лодка. Зато благодаря морским исполинам мы лишний раз в условиях приближенных к боевым отработали противолодочный расчёт. Ведь правда?

– Конечно, конечно! – согласился ещё окончательно не пришедший в себя старпом.

– Васильевич, ты не раз говорил, что на классах досконально освоил теорию противолодочной борьбы от классификационных признаков до применения противолодочного оружия. Ну вот, а сегодня ты на практике проверил свои знания и получил определенные навыки. Так что всё хорошо. Давай, объявляй отбой тревоги, а я пойду ещё немного отдохну, а потом тебя подменю, – подытожил командир и направился к себе в каюту.

Оставшись один, капитан-лейтенант рассмеялся, окончательно сбросив с себя разочарование последних минут, и подумал: «Ну не получилось сегодня, получится завтра. А награды никуда от нас не денутся, ещё успеем заслужить. Зато мы имеем в итоге: полученные навыки охоты за субмариной и хорошее настроение. А это уже не мало!»

Старпом взял в руку микрофон и объявил по кораблю:

– Отбой учебной тревоге!

И действительно, ещё в бытность старпомом на «Скором», Александр Васильевич был награжден орденом «За службу Родине» третьей степени и это была его не последняя награда. В последующей службе ему очень пригодились не только знания, полученные на командирских классах и в академии, но и практический опыт, обретенный в ходе охоты за китами. Став командиром большого противолодочного корабля «Керчь», а потом, соответственно, начальником штаба и командиром бригады, а затем и дивизии противолодочных кораблей, Александр Ковшарь неоднократно с присущим ему юмором вспоминал эпизод с китами, как важный фактор своего становления, как противолодочника.

Такие вот дела на флоте! Здесь даже отдельные обитатели моря могут стать участниками процесса боевой учёбы и роста профессионального мастерства моряков.

Комментарий НА "СЕРГЕЙ НИТКОВ — ОХОТА ЗА СУБМАРИНОЙ"

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*


*

code

Проверка комментариев включена. Прежде чем Ваши комментарии будут опубликованы пройдет какое-то время.