КОНТРАКТНИК МИРНОГО ВРЕМЕНИ

В  свете событий, происходящих в современном мире  наша армия, по оценке многих военных экспертов, в том числе западных, выглядит весьма достойно.  Еще бы. Ведь сейчас армией России выполняются мероприятия глобального масштаба и глобальной же значимости в интересах Российской Федерации.

И все бы  хорошо и замечательно, если бы не один  тревожащий фактор. Фактор  боевого духа военнослужащих, особенно военнослужащих, проходящих военную службу по контракту.

 «С конца XVIII века, – пишет исследовавший этот вопрос кандидат исторических  наук капитан 1-го ранга запаса А. Григорьев, – в русской армии существовало понятие воинского духа, которое имело в виду нечто, присущее человеку, в частности высшую искру Божию – ум и волю. Это понятие слагалось из разума (системы знаний и боевого опыта) и нравственных качеств (совести, милосердия, патриотизма и пр.)  Довольно долго понятие «воинский дух» и родственное ему «святой долг» работали, так как были наполнены конкретным содержанием, проверены временем и освящены христианскими истинами, пока их не заменили трудно поддающимися расшифровке терминами «морально-политическая подготовка» или «моральный потенциал».

С этим утверждением можно соглашаться, можно не соглашаться, аппелируя и к опыту Первой мировой войны, когда наличие священников в рядах русской армии никак не повлияло на исход войны, и к опыту Великой Отечественной войны, когда священников в воинских частях не было вовсе. Но  нельзя вообще не учитывать такой фактор, как наличие или отсутствие именно  идейной или духовной мотивации для воина.  

Значительная часть нынешних командиров и начальников, с трудом понимает  разницу между «воинским духом» и «морально-психологическим обеспечением» в различных вариациях.  Поэтому и поднимать дух воинов в разные времена пытались соответственно то политпропагандой и агитбригадами, то фронтовыми «ста граммами», повышением денежного содержания или пошивом новой формы. Наличие большого числа священников в русской армии не  предотвратило её полный развал и деградацию в 1917 году.  Советская армия без  полковых священников  выиграла самую кровавую и разрушительную войну — Великую Отечественную. Но  в итоге  Советская армия, вооруженная « марксистко-ленинским учением»  абсолютно безучастно отнеслась к развалу страны, которой она служила — Советскому Союзу. А что сейчас? В царской России в бой шли с кличем «За Веру, Царя и Отечество!». В Красной армии в Великую Отечественную сражались под девизом: «За Родину! За Сталина!».  А с каким боевым кличем пойдет в бой современный контрактник? «За ипотеку,  социальные льготы и  денежное довольствие»? И много ли навоюет воин, во главе угла у которого стоят только материальные ценности, и ничего духовного? Ведь в бою побеждает только тот, кто стремиться уничтожить противника, пусть даже ценой собственной  жизни. А как  будет  жертвовать своей жизнью ради победы в бою человек, у которого ипотека,  автомобиль, взятый в автокредит и прочие материальные блага, коих он лишится, вместе со своей жизнью? В то же время  правоверный мусульманин, погибший в бою, получает вечное блаженство в раю и 100 волооких гурий-девственниц. В полное свое распоряжение. Просто и доступно, учитывая суммы калыма и общий уровень образованности мусульманских стран. И они готовы и хотят умереть именно в бою. А что у нас?

Сейчас в армии появилось такое неформальное явление как «контрактник мирного времени».  Причем  явление связано со всеми категориями военнослужащих по контракту. Что оно из себя представляет? Это группа людей, одетых в качественную военную форму, регулярно получающих достаточно серьезное (особенно по отношению к зарплатам гражданских лиц) денежное довольствие, бесплатное трехразовое питание, живущих в квартирах, за которые государство выплачивает либо ипотеку, либо денежную компенсацию. И ходят они на службу, как на работу. Они военнослужащие? По внешним признакам — да. Но только по внешним. Так как когда наступает время выполнить свой воинских Долг, в том числе и там, где выполнение этого воинского Долга связано с реальной угрозой для жизни военнослужащих, то эти, так называемые «военнослужащие», находят тысячи причин, по которым именно сейчас и именно они не могут убыть к месту выполнения своего воинского Долга.

То есть паразитировать  на налогоплательщиках и изображать из себя защитника Отечества в мирной обстановке они могут хоть  до пенсии. А реально  они не воины. Так, подделка под военнослужащего. Почему так происходит? Да потому, что изначально эти, так называемые «воины» шли в армию ТОЛЬКО за материальными благами, имея классическую потребительскую психологию. А где же духовная мотивация? А у «контрактника мирного времени» её просто нет. Тогда откуда же у него появится тот воинских дух, дух суворовских «чудо-богатырей», ушаковских матросов,  советских воинов, штурмовавших рейхстаг в 1945 году?

Идея воинской службы должна быть накрепко связана с осознанием избранности и готовностью к самопожертвованию при исполнении воинского долга. Воспитание русского воина  органично базировалось  на святости этого поприща, на нерушимости, данной им  перед  Боевым знаменем клятвы. Священное благоговение должен был испытывать воин, осознавая свое причастие к великому делу –  государевой службе за близкие и понятные ему идеалы, взирая на  своих офицеров, которые должны в свою очередь быть образцами в исполнении этого долга.

То, что ныне вызывает непотребный жеребячий гогот и стеб у людей, утративших понятие о происхождении основополагающих принципов служения, когда-то лежало в основе успехов русской армии. Победы Петра Первого, Румянцева, Суворова, Ушакова, Багратиона, Кутузова, Ермолова, Скобелева одержаны воспитанным в таком духе русским солдатом под командой такого же офицера. Ни более совершенное оружие, ни численность противника не имели существенного значения. Тогда на полях сражений главенствовал дух! Тот командир, которому удавалось зажечь его в готовом к этому солдате, и становился победителем сражения, всей кампании. Русские воины поддерживали и  действия командира и  воинский дух самоотверженным служением, а иногда и самопожертвенностью непосредственно на поле боя.

Еще одна проблема армии сегодня не в том, что нет чудо-богатырей, а в том, что нет воспитавших бы их Суворовых – одухотворенных служак. Зато есть  мини наполеончики. Среди  офицеров, благодаря  материальной мотивации    люди с духовной  мотивацией служения уже не составляют основную массу, особенно в среде младшего офицерского состава. Эдакие «менеджер взвода» или «исполнительный директор роты». А если нет духовной мотивации у офицеров, то откуда тогда у них возьмется высокий боевой дух? Глядя на них, можно ли ожидать добросовестного служения от их подчиненных?

Сегодня многие военнослужащие по контракту всех категорий не служат, а выслуживаются или «тянут лямку» ради того, чтобы, пройдя через «тяготы и лишения», которые чаще всего ассоциируются с моральным унижением, получить взамен должность, пенсию, квартиру, льготы.

Армия России брала Берлин и Париж, умирала, но не сдавалась в Бресте и Осовце, штурмовала перевалы Альп и Шипки, высаживалась на Курилах и Ионических островах, сражалась в небе над Кореей и Вьетнамом, прикрывала южные рубежи Родины в Афганистане, восстанавливала конституционный порядок в Чеченской Республике. Неужели все это будет сдано в архив и обменено на  стремление современного контрактника  только к материальным благам?

Щит Родины – армию, где подобные картинки стали привычны и уже не режут ни глаз, ни слух, необходимо спасать. От всего, что не имеет ничего общего с жертвенным благородным духом настоящего служения. Задачей номер один командиров всех степеней должно  стать возвращение идеи  воинской службы через подъем  воинского духа. Материальная мотивация военной службы — это в современных условиях жизни достаточно серьезный фактор. Но она должна быть сопутствующей, а не основной. Основной должна быть ДУХОВНАЯ мотивация. Мотивация и стремление кандидата в военнослужащие именно проникнуться  Воинским духом  и стать ВОИНОМ. Но как это сделать? Кому это по плечу? Только ли возвращаемому в строй военному духовенству?

Если здесь и сейчас мы не сможем найти  решение, завтра будет поздно. Наши заокеанские «партнеры» найдут решение за нас и для нас. Только оно уже будет окончательным. Таковы реалии современного мира. Либо мы их — либо они нас. Останется только одна сторона — победитель. Побежденный будет уничтожен.

Вывод прост. Здесь и сейчас необходима идея, которая будет объединять военнослужащих, невзирая на национальность, вероисповедание, социальное положение, уровень образования и уровень понимания. Идея должна быть проста и понятна КАЖДОМУ. Иначе как масса людей ОДИНАКОВО поймет, почему и за что они должны в любой момент, если потребуется, отдать свою жизнь для достижения победы в бою?

Предложение простое. Базисом воинского духа и основной идеей  российского воинства должны стать два постулата :

  1. Жизнь – Родине , честь –никому.
  2. Сам погибай — но товарища выручай.

Если в подразделении будут руководствоваться этими двумя принципами то, во — первых, никто не погибнет, так как каждый будет выручать товарища и значит все будут выручать всех. Руководствуясь принципами служения Родине без потери чести невозможно будет совершать какие – либо проступки, так как во-первых: коллектив сразу отринет нарушителя;

во-вторых — какой же это будет принцип, если через него можно легко переступить?

С идеей разобрались. Теперь КАК заставить идею воплотиться в жизнь, а самое главное КАКИМ ОБРАЗОМ привить эту идею военнослужащим?

Есть три пути решения. Краткосрочный, среднесрочный и долгосрочный. В нашем состоянии необходимо реализовывать все три пути одновременно.

1.Долгосрочный путь решения представляет из себя организацию сетей  детских военно-патриотических организаций, которые должны  быть в подчинении ТОЛЬКО Министерства обороны. Во главе этих организаций должны стоять ТОЛЬКО действующие офицеры – реальные участники боевых действий. Почему так? Пока основным персоналом Министерства образования РФ является женский персонал, то и основой таких военно-патриотических организаций становятся либо женщины, либо ветераны-отставники. Что, собственно сейчас и происходит. Связи с армией у них либо еще нет, либо уже нет. Как может женщина научить мальчика мужскому поведению? Что же касается  отставников, то при всем уважении к их заслугам  они живут прошлым опытом. И готовить будущих воинов они будут к уже ПРОШЕДШИМ боям, а никак не к предстоящим в будущем. Их знания, навык и умения очень полезны при начальном этапе, эдаком «курсе молодого бойца» при занятиях с детьми от 6 по 12 лет. Но не более. Дальше должны заниматься ТОЛЬКО действующие офицеры. Многому ли может научить ветеран афганской войны к примеру, исходя из своего опыта в  организации  противодействию беспилотникам, боевым роботам? Каждое время имеет свои требования. С учетом стремительно и динамично развивающейся обстановки мы не можем обучать будущему, используя  только опыт  прошлого. Тем самым мы сами отдаем самое главное — ИНИЦИАТИВУ своим врагам, а сами  добровольно становимся только догоняющими. Заведомо проигрышная позиция. Именно поэтому во главе таких военно-патриотических клубов необходимы люди с опытом боевых действий, находящиеся на военной службе, доказавшие свою удачливость и профессионализм тем, что они выжили и победили в реальных боях. Только они.  В режиме реального времени, с четким пониманием требований, предъявляемых  современному воину здесь и сейчас.

Лучше всего человек обучается в  игровом процессе. Военный игровой процесс должен быть максимально приближен к реальной обстановке. Наличие многочисленных пейнтбольных и страйкбольных клубов ничего в плане воспитания патриотизма и защитника Отечества, как личности, не даст, так как это всего лишь приятное времяпровождение, не более того. Какой либо идеи воина-государственника в данных заведениях нет и не будет.

 Во -вторых -ТТХ страйкбольного и пейнтбольного оружия значительно отличаются от реального стрелкового. То есть и навыков обращения с реальным оружием  в подобных заведениях не получишь.

 В – третьих, в подобных играх никак не учитываются артиллерия и бронетехника. А именно артиллерия и бронетехника, включая армейскую авиацию и беспилотники — являются основой  современного боя.

 Ну и как   обеспечат участие артиллерии, бронетехники, беспилотников при проведении  военно-патриотических игр  ветераны-отставники или женщины педагоги из Министерства образования?

 Кто то скажет — дорогостоящее занятие. Так ведь на выходе мы получаем ЭЛИТУ. Управленческую элиту государственников — патриотов. Иногда цена управленческой ошибки непомерно велика. Неправильно принятое решение может на десятилетия ввергнуть страну в многомиллиардные убытки. Поэтому экономить на воспитании управленческой элиты нельзя. Тем более на воспитании военной управленческой элиты. Тех самых патриотов, которые с младых лет, в процессе военных игр, получат  уроки патриотизма, воинского духа и закалки. Им уже не надо будет объяснять, что такое «Сам погибай, но товарища выручай». Сплоченность, дисциплинированность, коллективизм, взаимовыручка и войсковое товарищество станут их неотъемлемой частью. Такие военно-патриотические клубы можно будет использовать и как кадровый резерв для создания и офицерского корпуса, и  для закладки  основы воинов — контрактников. Тут уж как и у кого природой способность к обучению заложена. Но войсковые части, сформированные, на основе военнослужащих, прошедших обучение в ТАКИХ военно-патриотических клубах будут самыми дисциплинированными и боеготовыми. Соответственно, та бригада, или дивизия, или армия, к которой будет прикреплен военно-патриотический клуб, также будет иметь возможность комплектования именно теми военнослужащими, которые наблюдались и изучались не в процессе 2-х недельного отбора военкоматами и ПТК, а в течении 10-12 лет минимум. Люди, прошедшие через такие клубы будут иметь свой высокодуховный и интеллектуальный стрежень — нравственность. А наличие не декларируемой, а реальной нравственности предотвратит лучше всяких внешних карательных мер значительную часть правонарушений и преступлений.

Война — это реальность для воевавшего. Все остальные  не воевавшие живут вымыслами о войне, не имеющими ничего общего с реальностью.  Соответственно и в армию они приходят, руководимые не реальной армией, а собственным вымыслом о современной армии. Служить они будут, имея в виду не реальную войну, а собственный вымысел о ней Особенно те, кто служил 10-15 лет назад и не участвовал в боевых действиях. Бессмысленно строить армию патриотов, при этом не имея внутреннего содержания патриотизма. Да и откуда оно, то есть внутреннее содержание патриота, возьмется у того, кто родился и вырос ВНЕ какой-либо идеологии кроме американской, за что отдельное «спасибо» » отечественным «СМИ.

Заново  строить с нуля психику новоиспеченного контрактника — не хватит времени. Значит надо переформатировать  уже имеющуюся. 

Молодежь подражает успешным. Это нормальное  развитие общества. Теперь посмотрим, кто кому подражает. Российская молодежь американской или американская молодежь российской? Думаю, ответ, при наличии многочисленных популярных русских рэперов, очевиден. Негритянки в кокошниках, исполняющие русские народные песни — значительно более редкое зрелище, чем русские реперы.

Что же делать? Детей собрали и определили в военно-патриотические клубы при Министерстве обороны России. А что делать с уже взрослыми?

Реализовывать среднесрочный путь  продолжительностью примерно 3-5 лет, а именно:

1.Отменить «Общественно-государственную подготовку» и вместо неё на то же учебное время ввести «ГОСУДАРСТВЕННО-ПАТРИОТИЧЕСКУЮ подготовку». Ни один командир или начальник не сможет отменить, сорвать, сократить предмет с таким названием. Ибо –  это будет экстремизм, выступление против основы государственности. Тематика «Государственно-патриотической подготовки» должна отвечать только одному требованию. По окончанию периода обучения на выходе должен получится военнослужащий — патриот, мыслящий государственным образом и государственными же масштабами. Как и чем это сделать — дело социальной инженерии. Кто считает что за 2-3 года это невозможно — посмотрите на «Украину». Там, где русский Иванов, не знающий  украинского языка и имеющий национальность в паспорте «русский» — самозабвенно кричит «Москаляку на гиляку» сам, по сути являясь тем самым «москалякой». Вот что значит грамотная социальная инженерия.

Дополнить занятия «Государственно-патриотической подготовки» занятиями по военно-прикладной психологии. Заново строить психику контрактника никто не будет. А вот переформатировать имеющуюся в нужное русло — вполне по силам.

 Ввести, начиная от полка, должность «офицера по Государственно-патриотической подготовке.» Чтобы качественно готовить занятия. Запретить отвлекать этого офицера на различные нештатные обязанности. Его задача- качественная подготовка и проведение занятий с руководителями групп по Государственно-патриотической подготовке. Все. Точка. Больше ничем другим он не должен заниматься.

  1. Военнослужащий должен стать синонимом успешности. А значит и эталоном подражания молодежи. Стать военным, особенно военнослужащим-контрактником — автоматически стать успешным. Это достаточно просто. Убрать с экранов бесконечные «Ментовские войны и «улицы разбитых фонарей» и прочие подобные сериалы. Вместо них запустить качественные добротные сериалы и фильмы о современных военнослужащих. Они не должны быть ни сильно приближенными к реальности, ни сильно отдаленными. Вспомните, сколько поколений мальчишек загорелось мечтой о ВДВ после просмотра фильма «В зоне особого внимания». А ведь фильм по сути – сплошная череда того, чего нельзя ни в коем случае делать в реальности. А свою функцию, функцию пропаганды ВДВ среди детей и подростков – выполнил с блеском. А где сейчас такие фильмы?
  2. Ввести значительную, в разы разницу по денежному довольствию, по форме одежды, социальным льготам между военнослужащими, выполняющими задачи непосредственно в подразделениях, осуществляющим непосредственный боевой контакт с противником и тыловыми подразделениями. Ну не может, к примеру, офицер плавсостава, месяцами не вылезающий из морей и офицер береговой базы иметь одинаковую форму, льготы и денежное содержание. Уж очень разные у них условия службы. Чтобы каждый видел, что это идет военнослужащий, который в случае боевых действий будет непосредственно сам, лично лицом к лицу сражаться с противником, а вот этот военнослужащий, будет осуществлять подвоз из тыла к сражающемуся военнослужащему различных материальных средств.
  3. Ввести отдельные социальные льготы членам семей военнослужащих, входящих в состав боевых подразделений прямого  боевого контакта с противником. Просто по факту того, что девушка является женой военнослужащего, к примеру, роты спецназа, она уже должна обладать рядом льгот и социальных преимуществ по сравнению с женой, к примеру, военнослужащего, проходящего службу в ремонтных мастерских. Соответственно и дети этих военнослужащих должны обладать разными льготами.

 

Но если есть пряник, то должен быть и кнут. Какой? А вот такой:

 

  1. Ввести законодательно требования следующего характера Военнослужащий, уволенный за несоблюдение контракта с его стороны автоматически лишается возможности продолжения службы (работы) в ЛЮБОЙ ДРУГОЙ ГОУДАРСТВЕННОЙ структуре. Делается это просто. Ставится специальная отметка в паспорт и военный билет. Так же информация вводится в Центральный Банк данных. И все. Человек, один раз подставивший государство, которое ему доверило свою защиту, уже никак не сможет подставить государство во второй раз.
  2. Необходимо ввести разделение ответственности за военнослужащего, призываемого военкоматом на контракт между командиром войсковой части, куда направлен военнослужащий и военным комиссаром военкомата, которой провел отбор кандидата. Эдак на 3 месяца. Как раз испытательный срок у контрактника. И военкоматы начнут значительно более внимательно подходить к выбору кандидатов на контракт.
  3. Наделить командиров войсковых частей правом и полномочиями по увольнению военнослужащих по контракту категория «солдат», «сержант». В данный момент таким правом обладают только командиры войсковых частей, начиная от бригады и выше.

Переходим к краткосрочным мерам. На все про все один  год. Уговаривать каждого контрактника отказаться от своих чисто потребительских интересов и соответственно потребительской психологии  и быть воином не только  по внешним признакам, но и по внутренней сути — времени не хватит, убеждать — тем более. Что бы быстро достичь требуемых результатов необходимо заставлять.  Человек состоит из двух  наборов инстинктов. Врожденных и социальных.  Врожденных — это уж у кого какая наследственность. А вот социальных — кому как повезло. Так как социальные инстинкты формируются семьей, школой, улицами, районами проживания, то, естественно, у каждого они разные. Но объединяет современных контрактников при всем разнообразии приобретенных ими социальных инстинктов одно — полное отсутствие какой-либо идеологической составляющей в их детском воспитании. За редким исключением. Но эти исключения столь редки, что обращать на них внимание в масштабах армии не приходится. Но одно неизменно — принцип управления. А он прост. Человек что то делает для того, чтобы получить поощрение, или избежать наказание. Материальные стимулы не дают длительно длящегося эффекта. К хорошему привыкают быстро. А привыкнув, начинают требовать большего стимулирования, чем имеют на тот момент. Ничего удивительного, с ростом благосостояния растут и запросы. Поэтому для  достижения значительного  результата  за короткий промежуток нужны другие виды стимулирования. А  именно — репрессивные. Оздоровительный эффект от которых потом уже можно поддержать и различными видами поощрительного стимулирования. Когда полк бежал с поля боя, то расстрел перед строем полка нескольких наиболее рьяных паникеров значительно быстрее стимулировал остальных бойцов из бесформенной толпы вновь стать сражающимся воинским формированием, нежели раздача личному составу полка какой-нибудь премии. Которая не исключалась в дальнейшем. К примеру при присвоению полку звания «гвардейский». Поэтому предлагаемые меры просты и кардинальны. Иначе за столь короткое время результата не достичь. А предлагаемые меры следующие:

  1. Введение офицерских дуэлей. Естественно с соблюдением дуэльного кодекса. Очень многим начальникам и командирам придется тщательней выбирать выражения при общении с подчиненными. Или чаще тренироваться на стрельбище. Одно другому не мешает.
  2. Введение моратория на один год по оценке деятельности командиров и начальников по количеству возбужденных в вверенной им войсковой части уголовных дел. Дать возможность командирам и начальникам почистить свои ряды. Потом, по истечении этого года жестко спрашивать за каждое уголовное дело. Но только по истечении этого заветного года.
  3. Передать все функции первичного дознания военной полиции. Работа нештатных дознавателей войсковых частей должна заключаться в подаче рапорта о признаках преступления и записи в книгу учета преступлений и происшествий. И все. Дальше должны работать органы военной полиции.
  4. Убрать прессинг командиров по каждой травме. Четко разделять причины и условия получения травмы военнослужащим, а не искать в каждом споткнувшемся неумехе целый легион наказанных за его спотыкание командиров и начальников всех степеней и рангов. Если занятия по предметам боевой подготовки должны проходить как положено, а именно, максимально приближенные к боевым, то какие-либо шишки или ушибы- обязательный атрибут. Особенно при необученном контингенте. Вот только жесткость, с какой спрашивают по самым, достаточно незначительным травмам, напрочь отбивает желание у командиров подразделений проводить занятия именно с максимально возможной нагрузкой. А ну как кто нибудь ногу подвернет или ещё чего похуже. Ворох бумаг, куча сожжённых нервов, да и премии могут лишить. Вот и начинают командиры подразделений все больше в классе, да на имитационных стендах занятия планировать и проводить. А теоретических разведчиков, как и имитационных спецназовцев не бывает. Горы, лес и море — вот учебные классы.
  5. Объявить на один год амнистию командирам частей. Дать им возможность без преследования достать всех своих «скелетов из шкафов». А что? Есть же всякие «дачные амнистии», или там «амнистии капиталов». Чего ж тогда не ввести амнистии командирам войсковых частей?
  6. Этот год не трогать войсковые части никакими проверочными комиссиями. Зато потом, в конце года, провести внезапную комплексную проверку. А уж по ее результатам сделать надлежащие выводы по командирам проверяемых частей. А что бы комиссии были реально объективными включить в их состав представителей ветеранских организаций и различных представителей гражданского госуправления. Тяжелее будет пойти на сговор столь разношерстной комиссии.
  7. Предупредить командиров частей перед началом этого очистительного года, что тот командир части, чья часть после этого реформационного года будет оценена при комплексной проверке на оценку «неудовлетворительно», будет предан суду военного трибунала, на котором будут рассмотрены все причины получения неудовлетворительной оценки войсковой частью. Соответственно, рядом с ним должны будут рассмотрены и его заместители, в части касающейся их участия, или неучастия в делах войсковой части с соответствующим наказанием, вплоть до лишения свободы.

После такого предупреждения все слабые духом сами покинут командирские посты. А остальные будут понимать всю наступившую меру своей личной ответственности.

Реализуя одновременно все три пути — долгосрочный, среднесрочный и краткосрочный — мы выйдем на уровень, недосягаемый для всех остальных армий мира.

Я не столь наивен, чтобы полагать всех белыми и пушистыми, и не строю иллюзий по поводу того, что предлагаемые мной меры будут реализованы без каких либо эксцессов или перегибов.

Но то, что сейчас происходит на нашей планете, и  в том числе непосредственно у границ моей страны, заставляет меня предлагать подобные меры. Хороши они или плохи, наивны или плохо продуманы, но это мои предложения, это моя попытка защитить свою страну. Страну, которая возложила мне на плечи золотые погоны офицера России. Которая верит в меня и в то, что я обеспечу ей достойную защиту. А Родину обманывать нельзя. И уж тем более  офицеру. Честь имею.

подполковник Н.И. Савельев