Евгений Антонович МАРТЫНОВИЧ Роман “Жить – не потея” Глава 17

Мартынович Евгений Антонович Роман "Жить - не потея"Мартынович Евгений Антонович Роман "Жить - не потея"

Гаранты и поклонники.

Москва встретила угрюмовцев мелким моросящим дождем. Герман Борисович захватил зонтик и спокойно шел по открытому перрону, неся большой чемодан. Остальные были менее запасливы, и быстро перемещались к зданию вокзала.

Все собрались под его крышей и осматривались по сторонам. Моложанов обещал, что их будут встречать, помогут разместиться. Но к угрюмовцам так никто и не подошел. Сутулов начал нервничать и, достав сигарету, долго не мог ее прикурить. Николай с неодобрением посмотрел на полковника. Зигель невозмутимо вытащил из кармана мобильный телефон, связался с родным городом. Там попросили оставаться на месте. Недодаев отошел от основной группы и с интересом рассматривал окружающих. Поток людей двигался в столицу. Схлынули пассажиры поезда с чемоданами,  пошел народ «налегке» с электричек. По привокзальной площади уступом шли поливальные машины. Николай спросил Андрея: «Зачем поливать мостовые в дождь?».

— Это страшная военная тайна, которую не смогли выведать буржуины у Мальчиша-Кибальчиша, — весело ответил тот. Не успел возмутиться таким ответом Николай, как к ним подошел стройный молодой человек в светлом плаще.

— Вы из Угрюмова? — спросил он. — Нас ждет микроавтобус на площади. Извините за небольшое опоздание, уже с утра попали в пробку.

В  салоне автобуса было просторно и уютно. Посадочные места разделялись небольшим столиком. Звучала знакомая песня «Нас не догонят». Все рассмеялись.

— Слышишь, полковник, это примета неплохая, — Зигель обратился к будущему мэру, — никто на выборах нас не догонит. Вот ярчайший пример быстрого коммерческого успеха. Все привыкли к засилью на эстраде одной группировки, которая топчет площадку уже лет двадцать в одном составе. А детский психиатр из Самары создал дуэт нетрадиционной ориентации и стал миллионером, переплюнув всех прим с их любовниками.

— Нам на выборах только педерастов с лесбиянками не хватало. Чтобы судьбу России решал голос сексуальных извращенцев, — возмутился Сутулов.

— Не учат хорошие примеры тебя ничему. Надо будет — обратимся и к ним, — назидательно произнес Герман.

Микроавтобус остановился у входа в гостиницу. «Славянка» — громко прочитал название Николай.

— Недорого и близко к центру, — объяснил свой выбор сопровождающий. — Да здесь публика вам знакомая. Меня так ориентировали. Сегодня размещайтесь, отдохните с дороги, а завтра приступим к обсуждению дальнейших действий.

Расположились в двух стандартных скромных номерах. Андрей высказал неудовольствие, что в излишне скромных. Но его никто не поддержал.

Прогулка по Москве привела всех в изумление. Дорогие автомобили бесконечной чередой мчали по Садовому кольцу. Магазины призывно сверкали неоновыми вывесками. Бесчисленные киоски предлагали любые напитки и закуски. Нищие встречались в каждом подземном переходе. Николай в очередной раз высказал удивление огромным разрывом между роскошью и нищетой в стране.

— Что поделаешь. — Зигель не преминул поучать своих компаньонов. — Еще Черчилль говорил, что идеальных обществ нет, но капитализм — это неравное распределение блаженства, а социализм — это равное распределение убожества.

Назавтра в номере Сутулова и Зигеля появились трое. Они расселись по свободным местам, сразу приступили к делу.

— Полковник Моложанов просил нас оказать посильную помощь. Наша структура так и называется «Мы решим Ваши проблемы». Вот вам визитки для связи.

Сутулов сразу посмотрел на визитку и кроме названия фирмы с номерами мобильных телефонов ничего не увидел. Зигель продолжал внимательно слушать.

— Вы хотели бы встретиться с президентом. Но такой возможности у нас нет. Опыт показывает, что для успешных выборов может хватить фотографии кандидата рядом с гарантом. Еще лучше телевизионный ролик, где они находятся недалеко друг от друга. Президенту сейчас доверяет большинство населения, а  это доверие дорогого стоит. В провинции человек, находящийся рядом с гарантом, вызывает большее уважение, чем кто бы то ни было.

— В какую цену, так сказать, обойдется нам подобная услуга? — Герману Борисовичу не терпелось перейти к практической стороне вопроса.

— Подождите вы, — старший по возрасту, из пришедших, прервал Зигеля. — Цены будут умеренными, так как за вас просили. Но немаленькими. Лишнего не возьмем. Правда, времени это мероприятие займет порядочно.

— Но у нас скоро выборы. Времени не так много осталось, — вступил в разговор Сутулов.

— Только тех, кто любит труд нынче мэрами зовут, — насмешливо произнес гость помоложе. — Терпение, друзья, терпение. Мы работаем спокойно, без проколов. Уже не одному помогли победить. Кто там, в Жопопропойске, знает кандидата? А гарант — личность раскрученная. Постоишь пару минут рядом и вперед, к победе. Разберемся с расписанием гаранта, потом вам сообщим. Этот — хоть непоседливый, но плановый и предсказуемый. Прошлый был — само настроение с творчеством.

— Но с тем фотографируйся, не фотографируйся — не поможет, — угрюмо сказал Сутулов.

— Зато постоишь пару минут рядом на танке и всю жизнь работать не надо, — ехидно заметил Герман Борисович.

— С вас пока десятка уев, — продолжил молодой.

— Десять тысяч за бумажку?  — возмутился Зигель.

-Такие расценки, — развел руками старший. — Нам ее еще достать нужно.

 Первые три дня ожидания прошли быстро. Николай попросил Недодаева показать ему московские храмы. Андрей был слабым экскурсоводом, но найти собор Василия Блаженного и Новодевичий монастырь смог. Николай часами рассматривал убранство церквей, с удовольствием присутствовал на богослужении. Недодаев в это время слонялся вокруг, не обходя вниманием ближайшие пивные. У Сутулова с Зигелем была другая программа. Музейный день сменялся торговым. Павел Борисович внимательно наблюдал за деловой жизнью столицы. Будущий мэр обновлял свой гардероб. Угрюмовцы с удовольствием приоделись в Москве и теперь почти не отличались от гуляющей публики.

Сутулов устал от магазинов, куда водил его любознательный Зигель. Он вырывался на улицу, где дожидался Германа Борисовича. Удивляли полковника обменные пункты валют, стоящие на каждом углу.

— Любые тугрики на рубли поменяют, — сказал он подошедшему компаньону. — А раньше, попробуй, купи доллар. Вмиг засадят как валютчика. Какое страшное слово было «валютчик»! Помню, определил на нары двоих в конце восьмидесятых. Лет по двенадцать получили. Без права на амнистию. Я досрочно капитаном стал. Сейчас вышли, наверное, и понять не могут, за что сидели. Доллары, доллары везде. Рубль стал никому не нужен. Одеревенел совсем.

— Не знаешь ты нашу страну, полковник. Сплошная загадка. Американцы — какой хитрый и деловой народ, а тут ошибочку допустили. Зря они вбросили к нам свои хваленые баксы. Мы и из них мусор легко сделаем. Скоро увидишь это.

На следующее утро Сутулов не выдержал и позвонил по указанному в визитке телефону. Трубку взяли сразу, пообещав так же сразу, доставить долгожданное расписание. С ним прибыл молодой человек, встречавший угрюмовцев на вокзале.

— Кузнецов Дмитрий, — наконец представился он.

— Ничего нового, творческого, — проворчал Зигель. — Еще бы Ивановым назвался. И так самая распространенная фамилия. Поумнеют у вас, наконец, сочинители псевдонимов?

— Не надоедай с утра, Борисович, — осадил его полковник. — Зови лучше наших.

 Все внимательно изучали расписание гаранта. Этот месяц не радовал. Сплошные встречи с  главами государств, дальние поездки по стране и приемы в резиденции.

— На заседания правительства не пробраться. Может, махнем за ним по стране? — предложил Андрей.

— По стране он иногда на истребителе летает — не угонимся. — Борисович был настроен скептически.

— Нам лучше в Москве решить этот вопрос — спокойно заметил Кузнецов. — Фотографы придворные нас знают, да и с телевизионщиками договориться можно.

— А  цены, цены какие?  — Зигель  настойчиво добивался ответа.

— Если конкретно, то за два человека от гаранта — тридцатка, дальше от него — дешевле будет.

— Ну, а поближе можно?  — поинтересовался Сутулов.

— В обнимку охрана не пустит. Ближе двух ни у кого не получается. Да и то, за такие снимки вдвое, а то и втрое придется платить.

— Почему такая разница?  — Германа больше интересовали финансовые вопросы.

— Потому, что мы изучаем клиента. За вас подписались серьезные люди. Гарантии в каждом деле требуются. Да не волнуйтесь вы за свои деньги. Такие должности окупаются в России быстро, — улыбнулся Дмитрий. — Ну и, соответственно, в готовности нужно находиться. Могут быть изменения в расписании. Мы за ними следим.

Буфет гостиницы издавал запах пищи издалека. Бывший пастор уныло смотрел на надоевшую яичницу, соображая, как бы разнообразить свой завтрак. Недодаев смирился и взял к ней бутерброд с красной рыбой, намереваясь запить все это пивом. Рядом с их столиком шумная кампания бурно обсуждала вопрос продолжения вечернего застолья, разминаясь с утра водочкой.

Николай поморщился, сел на стул, поставив привычное блюдо перед собой. Он заказал кофе, но кофе наливали только растворимый. Настроение не улучшалось.

— А почему Зигель с Сутуловым не завтракают? — спросил он у Андрея.

— Герман попрактичнее нас будет. Запасся колбасой из гастронома и жует ее с полковником. Да кефиром запивает.

— Но в номере есть не очень удобно.

— Зато спокойно и без таких шумных соседей, — тихо сказал Недодаев.

 

В номере будущего мэра с утра было шумно. Сутулов стоял посреди него в новом строгом костюме и пытался завязать галстук. Зигель из угла номера подавал разнообразные советы, которые переросли в сравнения, раздражающие  и без того сердитого полковника.

— Привыкли в полиции галстуки на резинках на шею цеплять, потому прилично одеться не способны, — развлекался Герман Борисович.

— А у вас в армии лучше были? — не сдавался Сутулов. — Исусыч, хоть ты прояви христианское сочувствие, помоги прихожанину.

— На сутану бесовские веревки не вешали. Зачем украшать себя подобным образом? Нет таких навыков у меня, — Николай отвечал спокойно и рассудительно.

— А ты, Андрюша, умеешь их завязывать? — повернулся полковник к Недодаеву.

— Настоящий офицер умеет делать все. У меня есть инструкция из журнала, как повязывать галстук. С картинками. На камуфляж разведчику галстуки не цепляли. Сейчас по инструкции повяжем — красавцем станешь. Президент будет счастлив  иметь таких подданных.

— Подданные у короля бывают, — заметил Николай.

— А у нас президент — и король, и царь, и хан в одном лице, — весело сказал Зигель. — У него даже заместителя нет. У всех президентов есть, а у нашего — нет! Зачем царю заместитель? Он только президенту нужен. Незаменимые они у нас. Даже в конституции прописали, что нашему президенту не положено иметь зама. Американскому положено, а нашему нет.

Целый час возились с галстуком, завязывая его строго по инструкции. Узел получался то больше, чем нужно, то меньше, то совсем не оставлял места для шеи. Наконец Недодаеву удалось завязать его строго и красиво. Сутулов в полной комплектации выглядел представительно и солидно.

В руках у Зигеля заиграл мобильный телефон. Герман Борисович слушал собеседника, громко и постоянно произнося одно и то же матерное слово.

— Толкушкин арестован, Перебийнос ранен, — коротко сообщил он полученные новости. — Я поеду в Угрюмов разбираться, а вы тут без меня справитесь с гарантом и его командой. Деньги на это я передам тебе, Андрей. Много не оставлю, непонятно еще, чем там все закончится.

Второй звонок заставил всех вздрогнуть. Зигель снова взял трубку, недолго слушал и коротко ответил: «Да, готовы».

— Сегодня после обеда в МГУ встреча со студентами и преподавателями. Подтвердили плановое мероприятие. Вам нужно заранее прибыть туда, а дальше Кузнецов все берет в свои руки. Передавайте гаранту от меня привет. В следующий раз сфотографируюсь с ним на память непременно.

Герман Борисович начал быстро собирать вещи в чемодан.

 

Президент прибыл с большим опозданием. В душном зале все устали ждать, но к выходу уже не пускали: охрана не хотела второй раз проверять прибывших. Традиционные аплодисменты были вялыми. Гарант длинные речи произносить не любил, и это скрасило встречу.

Кузнецов исподволь подводил Сутулова к центральной фигуре, приветливо кивая знакомым охранникам. Недодаев с Николаем в сторонке следили за этим движением, не сводя глаз с президента, который общался с группой студентов. Сутулов подошел почти вплотную к нему, как тут президент развернулся к девушкам и отодвинулся от полковника. Проворные студенты заполонили все пространство вокруг, окончательно задвинув дисциплинированного полковника в угол. Николай пошел на помощь Сутулову, желая расчистить ему дорогу, но незаметная охрана поставила его в группу фотографирующихся. Гарант еще раз подвинулся — и оказался в двух шагах от Николая. Засверкали фотовспышки, заработали телекамеры, фиксируя момент встречи президента с будущими учеными кадрами страны. Прощаясь, гарант пожал руки тем, кто стоял вблизи, последним отметив крепкое рукопожатие бывшего пастора. Снова засверкали вспышки, включились красные глазки телекамер. Сутулов в отчаянии смотрел на праздник Николая со стороны. Кузнецов был невозмутим.

Через полчаса вся компания стояла на Воробьевых горах, молча осматривая Москву с высоты. Полковник с Недодаевым нервно курили.

— С вас тридцатка, — также невозмутимо произнес представитель фирмы «Мы решим Ваши  проблемы».

       — За что это? — поинтересовался Андрей.

— Сфотографировали вашего. Рядом с гарантом. Ролик и фото получите вечером.

— Но ведь не того! Сутулов за кадром остался.

— Охрана перепутала. Они специально Николая воткнули в эту кучу. Его видели рядом со  мной и решили, что это претендент. А полковника отодвинули. Тем более что он, как узрел своего шефа, вытянулся по стойке смирно и все честь порывался отдать. Заклинило его маленько. С кем не бывает. А Коля — молодец. Фотогеничен. Отлично получится. Так что, готовь денежки.

— Дима, ты что, совсем глухой: полковника поставить рядом договаривались.

— Да вам какая разница, кого выбирать? Будет Николай мэром. За руку с самим президентом сфотографировали. Здорово!

Расчет, после долгих препирательств, решили отложить до консультаций со своим начальством. Кузнецов убыл на черной «Волге», пообещав заехать вечером.

Николай с интересом следил за гигантским торговым круговоротом вокруг Лужников. Сутулов снова и снова курил. Наконец он обрел дар речи.

— Совсем ведь рядом был. Можно уже было снимать. До выборов маловато времени осталось. Блавздевич торжествует, небось. Ни одного реального кандидата там нет. Что делать будем?

Зигель еще ехал в поезде, когда Андрей поведал ему о сегодняшней неудаче. Герман Борисович недолго думал и посоветовал расплатиться за снимки, наказав продолжать попытки сфотографировать Сутулова. По мобильному телефону Зигель говорил быстро и лаконично, экономя время и деньги. Недодаев в очередной раз удивился многообразию способностей своего компаньона, решив почаще общаться таким образом.

 

Вечером с удовольствием рассматривали привезенные Дмитрием фотографии. Даже полковнику понравилось отличное изображение рукопожатия Николая с гарантом. Кузнецов с удовлетворением взял деньги, тщательно их пересчитав. Они рассмотрели будущие мероприятия президента, остановившись на встрече со спортсменами во вновь открывающемся спортивном комплексе. Она должн была состояться через две недели.

— Хорошо зарабатываете, Дима, — заметил Недодаев. — Заказов много?

— Хватает. В стране краев и областей много. А городов — не счесть. Выборы идут постоянно. Они стали традиционной русской забавой.

— Так Моложанов неспроста эту идею нам подбросил? — догадался Андрей. — Дилер он что ли, провинциальный?

— Этого я тебе не говорил. Сказано: помогаем хорошим людям, значит, так оно и есть. Так что будьте на связи и наготове. Сутуловым займись, чтобы не клинило его при виде начальства. Что это за мэр будет, несамостоятельный такой?

 

Вечный город не успокаивался даже глубокой ночью. Епископ в задумчивости смотрел из окна на величественные купола собора Святого Петра и размышлял — что утром доложить Папе? Удивительные фотографии лежали у него на столе. Рукопожатие бывшего разведчика с бывшим пастором не могло быть случайным. Но такие связи не афишируют. Если пастор завербован и трудился на разведку, то почему он отказался от сана? Зачем эту встречу показали в «Новостях»? Какие цели преследует Кремль? Из пояснительной записки следует, что встреча была неплановой, но в такие совпадения епископ давно не верил. Тем более, он не мог такое озвучить Папе. Епископ присел у рабочего стола и сбросил по электронной почте шифрованное указание в Угрюмов: немедленно проверить шаг за шагом деятельность Николая и его коллеги.

Комментарий НА "Евгений Антонович МАРТЫНОВИЧ Роман “Жить – не потея” Глава 17"

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*


*

code

Проверка комментариев включена. Прежде чем Ваши комментарии будут опубликованы пройдет какое-то время.